Thursday, May 30, 2013

Орхан Памук - Новая жизнь | ორჰან ფამუქი - ახალი ცხოვრება


«Помоги мне, книга, помоги обрести новую жизнь, без горя и бед».

ведь книга, что изменит мою жизнь, на самом деле казалась обычной.

кто-то до меня уже владел моими мыслями, а завладев ими, записал их.

в словах заключен один смысл, но говорят они о другом.

телевизор был нашим, домашним телевизором – чем-то вроде домашнего бога и своего рода лампой.

людей, которым я открою свою душу, мне предстояло выбрать из тех, кто уже жил в мире книги.

Однако новая жизнь, чье биение я ощущал в своей душе, была где-то очень далеко, в стране, которую, видимо, невозможно разыскать, хотя я чувствовал, что приближаюсь к ней. По крайней мере я пытался оставить прежнюю жизнь позади.

Я был настолько уверен, что мир стал другим, что, выходя из дома, не постеснялся надеть старое тяжелое пальто отца.

однажды, в обычный день, когда вам кажется, что вы живете обычной жизнью и думаете о газетных новостях, о шуме машин, о сказанных обидных словах, об использованных билетах в кино, лежащих в кармане, о сигаретных окурках, вы вдруг замечаете, что на самом деле вы уже давно где-то далеко, в каком-то другом мире.

я шел, оставляя позади самого себя,

Я не верил ухоженным мужчинам с рекламных плакатов сигарет, статуям Ататюрка, завтрашним газетам, которые вырывали друг у друга пьяницы, не верил продавцу лотерейных билетов в ночном кафе, его приятелю, махнувшему мне рукой – «Иди посиди с нами!».

Одинокий старик положил на стол рядом с миской супа пальто и полиэтиленовый пакет, ложкой перемешивая и вдыхая пряный аромат своей горькой жизни.

ты, милая женщина, только сейчас узнавшая, что кровь краснее помады, а смерть нежнее жизни;

Мамы обычно ничего не понимают. Плачут.

почему в каждом симпатичном городке всегда есть свой счастливый сумасшедший?

Судьба, думал я, – утешение тех, кто не знаком со статистикой и теорией вероятностей.

Что такое время? Судьба, случай! Что такое жизнь? Время! А что такое несчастный случай? Жизнь, жизнь, новая жизнь!

Когда-то я был кем-то другим, и этот другой хотел стать мной.

Как правило, люди делают совсем не то, что думают или полагают, что делают.

Иногда мне казалось, что любовь – единственный способ познать далекий мир и оказаться там. Как в кино.

чтобы стать совершенно новым человеком, нужно оставить прошлое.

помоги же мне, чтобы я была счастлива оттого, что меня становится меньше с каждым вдохом.

время – это автокатастрофа, несчастный случай, мы живем в мире в результате этого случая.

Цивилизации возникают, цивилизации погибают. Верить в нее, когда она возникает? И хвататься за оружие, когда гибнет? Если изменяется весь народ – скольких можно убить?

Ясно, что мы, несчастные пораженцы, проиграли в азартной игре под названием «история». И все, что нам теперь остается – столетиями бросать друг в друга бомбы, чтобы убедить себя, что мы сумели выиграть хоть что-то, чтобы хоть на миг ощутить вкус победы, взрывая наши тела и души бомбами, которые мы будем класть в коробки с конфетами, в тома Корана и в автомобили – из любви к Аллаху, книгам, истории и миру.

Как правило, отцы редко знают обо всем, что приходит в голову их сыновьям,




Вещи, как и мы, записывают и хранят в памяти все, что с ними произошло, правда, большинство из нас этого даже не замечает.

Ведь когда рушатся цивилизации и стирается память поколений, первыми теряют нравственность дети. Они способны быстро и безболезненно забывать прошлое, им легче вообразить нечто новое.

– Когда люди смотрят на природу, – сказал Доктор Нарин, – они видят в ней свою ограниченность, свои недостатки и страхи. Испугавшись своих слабостей, они приписывают их безграничности и величию природы.

Великие люди, как и великие эпохи и великие государства, – это те, кто накапливает в себе силу мощную настолько, что она готова в них взорваться.

Доктор Нарин не знакомил тех, кого он отправлял следить за сыном, друг с другом, но давал каждому из них прозвище – по маркам часов, которые они носили. Хотя большинство марок оказались европейскими, они, по словам Доктора Нарина, все равно оставались «нашими» часами, так как уже более ста лет показывали «наше» время в Турции.

– Тиканье часов для наших людей – не символ Вселенной, а звук гармонии, гармонии с нашим внутренним миром, – как и плеск воды в фонтане для омовения во дворе мечети,

Наши часы и наши муваккит-хане – это не попытка угнаться за остальным миром, как на Западе, а механизм, который помогает приблизиться к Аллаху.

У нас есть два пути приближения к Аллаху. С помощью оружия – путь джихада, и с помощью часов – путь намаза. Они заставили нас сложить оружие. Теперь они выдумали поезда, чтобы сломать наши часы. Всем известно: самый большой враг азана и намазов – расписание поездов.

когда у людей немного денег, они в первую очередь покупают часы…

если кто-то видел то, о чем ты только подозреваешь, ты чувствуешь себя идиотом.

если любовь не творит чудеса, их творят слова.

время – страшная вещь, а мы, не зная об этом, отправились в путешествие, пытаясь спастись от него. Поэтому мы постоянно находились в движении, мы искали мгновение, когда время останавливается. А это мгновение и было неповторимым моментом полноты бытия. Когда мы приближались к этому мгновению, мы чувствовали исходное время и видели в мертвых и умирающих это невероятное чудо.

И начало, и конец нашего путешествия там, где мы.

Нет ничего лучше, чем ощущать давно забытое чувство покоя.

Жизнь прекрасна. Несмотря на все горести, я не боюсь и не стесняюсь быть счастливым.

– Когда-нибудь и вам улыбнется удача, помните об этом! Наступит и ваш счастливый час. Потерпите, не обижайтесь на жизнь, подождите, не завидуя никому! Если научитесь любить жизнь, узнаете, что нужно делать, чтобы стать счастливыми.

Если человеку нравится то, что он пишет, если он доволен своей жизнью, он не должен упускать шанс и писать столько, столько может. Жизнь коротка, ты же знаешь.

Существует реальность, то, что происходит, и реальность зависит от того, как ты ее воспринимаешь.

Мир так же безграничен, как и текст книги, с теми же недостатками и вопросами.

– Хорошая книга напоминает нам о мире, – ответил он. – Все книги должны быть такими. – Он немного помолчал. – Книга – это часть того, чье присутствие и постоянство я ощущаю благодаря ее словам. – Я видел, что он недоволен своим объяснением. – Возможно, это то, что родилось из шума либо тишины мира, но это не сама тишина и не сам шум. – Потом он сказал, что я, наверное, думаю, что он несет вздор. – Хорошая книга – это частичка всего написанного в мире, в ней рассказывается о том, чего нет, о некоем отсутствии, о смерти… Но искать вне книги страну, существующую вне слов, бессмысленно.

Может ли жизнь продолжаться, словно ничего не было?

Читатель, именно поэтому поверь не в меня и не в боль и жестокость рассказанной мной истории; но поверь в то, что мир безжалостен!

Я любил читать книги, но, как и дяде Рыфкы – о чем я узнал позже, – мне не нравилось беседовать о книгах, которые я прочитал. Если книги и будили во мне желание поговорить, то по большей части они разговаривали сами, между собой, в моих мыслях. Иногда я слышал, как перешептываются книги, – они превращали мою голову в некое подобие оркестровой ямы, в каждом углу которой ведет свою партию музыкальный инструмент, и я замечал, что эта музыка в голове примиряла меня с жизнью.

Любовь – это покорность. Любовь – причина любви. Любовь – понимание. Любовь – это музыка. Любовь и благородное сердце – одно и то же. Любовь – стихи печали. Любовь – это когда хрупкая душа всматривается в зеркало. Любовь мимолетна. Любовь – никогда не говорить «сожалею». Любовь – это кристаллизация. Любовь значит отдавать. Любовь – это делиться жвачкой. Любовь необъяснима. Любовь – пустое слово. Любовь – слияние с Богом. Любовь – это боль. Любовь – заглянуть в глаза Ангелу. Любовь – это слезы. Любовь – ожидание, что зазвонит телефон. Любовь – целый мир. Любовь – это держаться за руки в кино. Любовь – опьянение. Любовь – хищный зверь. Любовь слепа. Любовь – это слушать голос сердца. Любовь – священное безмолвие. О любви слагают песни. Любовь полезна для кожи.

я именно так смотрю телевизор, обманываясь и совершенно точно зная, что меня обманывают, или не обманываясь, но желая быть обманутым.

Любовь – это желание крепко обняться и быть вместе. Желание обняться и оставить окружающий мир. Стремление обрести надежное прибежище для своей души.

иногда несколько слов оказываются лучше молчания.

я ходил в библиотеки, где уборщицы смотрели на читателей так, будто говорили: «Чего пришел?!»

единственное, что нужно сделать, чтобы понять причину происходящего, – просто посмотреть на улице на толпы разочаровавшихся в жизни людей.

Если жизнь – не бессмысленный рассказ сумасшедшего и не черновик, абы как нарисованный на бумаге ребенком вроде моей трехлетней дочери, которому попался в руки карандаш; если жизнь – не цепочка безжалостных глупостей, то во всех случайных на вид шалостях и играх, что разместил в своей книге дядя Рыфкы, когда писал «Новую жизнь», должна быть некая логика.

Я видел, как место иммигрантов из Афганистана, торговавших в автобусах Священным Кораном размером с мизинец, заняли грузинские и русские семьи, продававшие пластмассовые шахматы и бинокли, военные медали и каспийскую икру.

на улице, как будто осознавали, каким великим благом является самое обычное действие – просто жить на свете.

Ошибкой Доктора Нарина, сказал он, было то, что он как материалист верил в вещи и полагал, что, если их прятать, это поможет сохранить их исчезающую душу.

такова жизнь, есть и случайность, и удача, есть и любовь, и одиночество, радость и печаль, есть и судьба, и свет, и смерть, но есть и неясное счастье. Обо все этом не следует забывать.

Что такое жизнь? Это время! Что такое время? Судьба, случай! А что такое несчастный случай? Жизнь, жизнь, новая жизнь!..

Я понял, что это конец моей жизни. А мне хотелось вернуться домой и совершенно не хотелось ни переходить в новую жизнь, ни умирать. 1992–1994